Когда-то на улицах Баку был странный звук… Это был не совсем шум машин и не звонок трамвая. У троллейбусов, скользивших под электрическими проводами, был свой особый гул. Время от времени — легкое побрякивание проводов, соприкосновение колес с асфальтом, открывание и закрывание дверей… Теперь этих звуков нет.
Но странное дело: человеческая память хранит некоторые звуки годами. Проходишь по улице, и вспоминается троллейбус, проезжавший здесь много лет назад. Смотишь в окно — кажется, будто на мгновение перед тобой остановится та старая машина с бело-голубым кузовом, откроется дверь, кто-то спешно запрыгнет внутрь…
Потом понимаешь, что троллейбус давно ушел. Но его тень все еще витает над бакинскими улицами.
Баку под проводами
Троллейбус был привычной частью городского пейзажа Баку. Протягивавшиеся над улицами электрические провода казались нам совершенно естественными из-за этого. Они словно были кровеносными сосудами города. В детстве мы задирали головы вверх и гадали, куда ведут эти провода. Было отдельным удовольствием смотреть, как при повороте троллейбуса штанги на его крыше меняют направление вместе с проводами. А когда дул ветер, провода вибрировали. Бакинский же ветер всегда говорил свое слово. И троллейбус сливался с ветром, солнцем, пылью и дождем этого города. Летом он ходил с открытыми окнами. Внутрь врывался запах горячего асфальта, соленое дыхание моря, звуки улицы. Зимой же стекла запотевали. Можно было увидеть, как кто-то пальцем рисует на стекле сердечко, пишет имя, оставляет смайлик. А порой за окном весь Баку плыл в дожде.
У каждого в троллейбусе была своя история
Троллейбус был не просто транспортом. В нем жил город. Утром — спешащие на работу мужчины, идущие в школу дети, возвращающиеся с базара женщины, студенты с сумками наперевес… Кто-то тихо дремал на сиденье. Кто-то читал газету. Кто-то рассказывал соседу о новостях дня. Мобильных телефонов не было.
Никто по дороге не опускал голову в экран. Люди смотрели друг на друга, разговаривали, знакомились. Иногда прислушивались к беседе совершенно незнакомого человека.
Голос кондуктора…
У троллейбуса были свои люди. Водитель, кондуктор… У кондуктора в руках была билетная сумка, а в пальцах звенели монеты. Он продвигался по салону и раздавал пассажирам билеты. Иногда кто-то хотел разменять деньги. А иногда ребенок по одной вытаскивал монеты из кармана и считал их. Тогда не было оплаты в одно касание — через NFC или картой, как сейчас. В то время у проезда тоже был свой звук: звон монет, шуршание билета, вопрос кондуктора: «Кто не взял билет?».
Все это — мелкие, но бесценные звуки, оставшиеся от повседневной жизни Баку.
Баку за окном
Одним из самых прекрасных качеств троллейбуса было его окно. Ведь для того, кто в него смотрел, Баку каждый раз выглядел по-новому. По утрам город спешил. Днем улицы белели под солнцем. А под вечер Баку постепенно смягчался. Через окно можно было созерцать улицы. Витрины магазинов, тени деревьев, стоящих у дороги людей, выходящих из школы детей… От одной остановки до другой, возможно, ничего особенного не происходило. Но в том, что в детстве мы называли словом «ничего», жилый целый мир.
Троллейбус под бакинским дождем
Когда шел дождь, троллейбус выглядел еще более особенным. Капли одна за другой стекали по стеклам, а огни улиц плавились в воде. Внутри тепло, а снаружи дождь… Сидишь у окна и смотришь на улицу. Баку в дождливые дни всегда казался немного грустным. А троллейбус тихонько проезжал сквозь эту грусть.
Последняя остановка
Потом город изменился, проложили новые дороги, появились новые автобусы, Баку вырос, ускорился, стал еще краше. А троллейбусы однажды исчезли с улиц, как осиротевшие дети. Сначала мы видели их реже. Потом наш взгляд начал их искать. А затем мы перестали видеть их вовсе. И провода исчезли один за другим. Но провода невозможно вырвать из человеческой памяти. Теперь, останавливаясь на какой-нибудь бакинской улице, иногда поднимаешь голову. В небе нет электрических проводов. И троллейбуса нет. Но почему-то кажется, что вот-вот издалека донесется тот самый знакомый гул.
Вот-вот повернет бело-голубой троллейбус. Откроется дверь, послышится голос кондуктора, кто-то скажет: «Проидите чуть вперед». И ты снова сойдешь на какой-то остановке своего детства.
Да, троллейбусы остались в памяти Баку именно так —
как городское воспоминание, у которого оборваны провода и изменены дороги, но чей голос все еще звучит в наших сердцах…
Ханым Айдын
